Цивилизационная конфигурация будущего как метафизическая проблема

Ссылка на оригинал статьи:
ГОСТ
Халапсис А. В. Цивилизационная конфигурация будущего как метафизическая проблема / Алексей Владиславович Халапсис // Перспективи. – 2015. – Т. 63, № 1. – С. 138–146.
APA
Halapsis, A. (2015). Tsivilizatsionnaya konfiguratsiya budushchego kak metafizicheskaya problema [Civilization configuration of future as a metaphysical problem]. Perspectives 63(1), 138–146.

Скачать статью в формате PDF

Continue reading

Геополитические и цивилизационные мотивации военных конфликтов

Ссылка на оригинал статьи:

ГОСТ
Халапсис А.В. Геополитические и цивилизационные мотивации военных конфликтов / Алексей Владиславович Халапсис // Наукове пізнання: методологія та технологія. – 2011. – №27(2). – С. 176–182.
APA
Halapsis, A. (2011). Geopoliticheskie i tsivilizatsionnye motivatsii voennykh konfliktov [Geopolitical and civilization motivations of military conflicts]. Scientific knowledge: methodology and technology, 27(2), 176–182.

Скачать статью в формате PDF

Какие мотивы являются доминирующими в постановке целей войны? Ранее я уже рассмотрел вопрос о сугубо экономической подоплеке военных конфликтов и пришел к выводу, что в общем и целом война (если она не является колониальной) – это, так сказать, бизнес с отрицательной рентабельностью. Тем не менее, несмотря на убыточность (за редкими исключениями) «традиционных» (неколониальных) войн для всех участников, они были постоянным спутником истории человечества. Возможно, я слишком узко поставил вопрос, и речь должна идти не об оценке чистой экономической эффективности войны, а о совокупности не только экономических, но и (а может быть – прежде всего) геополитических факторов?

Целью статьи является установление роли, которую играют геополитические и цивилизационные факторы в возникновении военных конфликтов.

Continue reading

Будущее человечества: цивилизационные конфликты или переход к ноосфере?

Ссылка на оригинал статьи:

ГОСТ
Халапсис А. В., Халапсис В. С. Будущее человечества: цивилизационные конфликты или переход к ноосфере? / Алексей Владиславович Халапсис, Владислав Славович Халапсис // Грані. — 2011. — №4 (78). — С. 32—36.
APA
Halapsis, A., & Halapsis, V. (2011). Budushchee chelovechestva: tsivilizatsionnye konflikty ili perekhod k noosfere? [Future of mankind: civilization conflicts or transition to noosphere?]. Grani, 78(4), 32–36.

Скачать статью в формате PDF

Происходящие в последние десятилетия цивилизационные трансформации требуют переосмысления теоретических моделей исторического процесса для разработки механизмов эффективного управления будущим. Ускорение социальных процессов приводит к тому, что вмешательство будущего в дела настоящего ныне велико как никогда ранее, ведь при принятии решений практически в любой сфере человеческой деятельности приходится учитывать не только наличные факторы, но и просчитывать тренды возможных изменений; иными словами, принимая решения в настоящем, необходимо держать в голове потенциальные (на данный момент) вызовы будущего.

Continue reading

Тотальная история

Ссылка на оригинал статьи:
ГОСТ
Халапсис А.В. Тотальность истории / Алексей Владиславович Халапсис // Грані. – 2010. – №73 (5). – С. 33–37.
APA
Halapsis, A. (2010). Totalnost istorii [Totality of history]. Grani, 73(5), 33–37.

Скачать статью в формате PDF

Возможность размышлений о сущности всемирной истории с необходимостью предполагает наличие неких метафизических предпосылок, выступающих в качестве исходных (хоть и редко признаваемых за таковые) онто-эпистемологических допусков. Уже постановка вопроса о сущности истории (если ставящий его продумывает смысл употребляемых слов и не находится в плену языковых штампов) нацеливает на установку, в соответствии с которой история в целом не сводится к своим моментам, она есть нечто бόльшее, чем просто термин для обозначения происходящих с людьми и формами их жизнедеятельности изменений. Последовательный номиналист (многие, если не большинство профессиональных историков в этом отношении оказываются номиналистами) либо признает вопрос о сущности истории пустым и бессодержательным, либо может выразиться в том духе, что сущность истории заключается в отсутствии у нее сущности, ибо слово «сущность» применимо лишь к «реальным» событиям (действиям, актам), а не к такому условному и абстрактному понятию как «история». Такой номинализм, сводящий истинное к фактичному (если и не прямо к наглядному), при внимательном рассмотрении оказывается не таким уж строго научным и объективным, как он о себе мнит, ибо, если исходить из того, что события суть внешние выражения более глубинных процессов, тогда применение к ним (событиям) слова «сущность» становится неуместным и весьма легкомысленным; в этом отношении символично, что даже в обыденном языке слова «событие» и «явление» зачастую синонимичны. Исходным пунктом наших дальнейших рассуждений есть тезис о том, что содержание истории не сводится целиком и полностью к проявленности (явленности в событиях), что ведет к постановке проблемы тотальности истории.

Continue reading

«Дух» как философская категория

Ссылка на оригинал статьи:
ГОСТ
Халапсис А.В. «Дух» как философская категория / Алексей Владиславович Халапсис // Грані. Науково-теоретичний і громадсько-політичний альманах. – 2010. – №72 (4). – С. 32–35.
APA
Halapsis, A. (2010). ‘Dukh’ kak filosofskaya kategoriya [‘Spirit’ as philosophical category]. Grani, 72(4), 32–35.

Скачать статью в формате PDF

Ранее я уже поднимал вопрос о необходимости возвращения категории «дух» в философский оборот, в частности – в оборот современной метафизики. Однако здесь есть одна сложность. Законы эмпирического мира не описывают и даже не предполагают бытие духа; кроме того, он не дан как эмпирический объект, существующий наряду, то есть в одной системе координат с другими эмпирическими объектами. Стало быть, если дух реален, то он может существовать только как трансцендентная относительно эмпирического мира сущность. Однако поскольку дух трансцендентен эмпирическому миру, то он не может быть выражен через понятия, этот мир описывающие, не может изучаться с помощью средств и приемов, рассчитанных на его постижение. Если же для определения духа воспользоваться понятиями, через которые выражается трансцендентное (например, определить дух через понятие Бога), то ясность в суть дела это не внесет, а скорее даже наоборот: будут либо удвоены понятия, либо одно неизвестное будет объясняться через другое неизвестное.

Continue reading

Возвращение духа

Ссылка на оригинал статьи:
ГОСТ
Халапсис А.В. Возвращение духа? / Алексей Владиславович Халапсис // Грані. – 2010. – №71 (3). – С. 65–68.
APA
Halapsis, A. (2010). Vozvrashchenie dukha? [Return of spirit?]. Grani, 71(3), 65–68.

Скачать статью в формате PDF

Быть может, всемирная история – это история нескольких метафор.
Борхес. Сфера Паскаля

Судьба философии – это судьба её основных категорий. Меняются философские интенции и установки – меняется и набор наиболее часто используемых категорий. Хотя ещё чаще старым категориям придается иное звучание; случается и такое, что некоторые категории вообще выводятся из философского оборота, а затем возвращаются, но уже в новом качестве. Методом проб и ошибок философия постоянно нащупывает пути к истинному основанию, и в зависимости от того, чтó именно признаётся таковым, происходит смена и набора познавательных инструментов, с помощью которых философия интерпретирует бытие. Только дилетант может ставить вопрос о том, какой из исторических образов философии наиболее аутентичен её предмету, поскольку последний определяется интеллектуальными запросами и потребностями соответствующей эпохи.

Целью предлагаемой вниманию читателя статьи является определение возможностей и перспектив возвращения в научный оборот категории «дух» как философской, в частности – метафизической, категории.

Continue reading

Духовная жизнь и «ресурс» цивилизации

Ссылка на оригинал статьи:
ГОСТ
Халапсис А.В. Духовная жизнь и «ресурс» цивилизации / Алексей Владиславович Халапсис // Грані. – 2008. – №57 (1). – С. 58–61.
APA
Halapsis, A. (2008). Dukhovnaya zhizn i ‘resurs’ tsivilizatsii [Spiritual life and ‘resource’ of civilization]. Grani, 57(1), 58–61.

Скачать статью в формате PDF

Для полноценного развития цивилизации материальная и духовная стороны ее бытия должны пребывать в гармонии; это ясно без каких-либо пояснений или доказательств. Однако на деле подобная гармония имеет место не всегда. Более того, нередки ситуации, при которых материальная и духовная жизнь находятся, по крайней мере, в оценке современников, в состоянии конфликта. Почему так получается? Для ответа на этот вопрос необходимо определить характер духовной жизни общества, выяснить принципиальное различие между духовной и материальной сферами, если таковое различие в действительности имеет место.

Представления о сущности духовной жизни общества, об онтологическом статусе духовности, о характере соответствующих феноменов и т.д. не могут не подвергаться коррективам в нынешнюю информационную (постиндустриальную etc.) эпоху. Действительно, так ли уж легко «разграничить» материальные и духовные факторы, когда дело касается, к примеру, виртуального пространства Интернет? А ведь информационные технологии ныне затрагивают не только, как это было еще несколько лет назад, достаточно узкую касту специалистов и субкультуру геймеров, но и, в той или иной форме, множество людей, по роду своей деятельности весьма далеких от этой сферы.

Между тем, многие трактовки духовной жизни общества сегодня фактически не выходят за рамки сформировавшихся в ХIX веке концептуальных установок. Полагаю, что опыт современности может сыграть эвристическую роль при переосмыслении сущности духовной жизни общества. При этом последнюю я хочу рассмотреть в контексте всемирной истории, т.е. в аспекте духовного содержания истории. Этому вопросу и посвящена данная статья.

Целью статьи является идентификации духовной жизни общества в контексте культурно-исторических закономерностей восприятия, интерпретации и обустройства человеком бытия.

Continue reading

Глобализация и индивидуализм

Культурно-историческая деятельность цивилизации всегда проходит в рамках некоей локальной пространственной (и временнóй) ниши, но ее влияние не обязательно ограничивается собственным топосом; порой культурно-исторические границы «раскрываются», и в сфере ее духовное притяжения оказываются иные цивилизации. Большую роль при этом может играть «физическое» расширение цивилизации за счет завоевания (заселения) чуждых территорий. Однако это есть лишь способ распространения, но не причина принятия и усвоения иными народами; к примеру, завоевания Чингисхана и его наследников не привели к всемирно-историческому распространению монголо-татарского проекта организации бытия, хотя значительно менее длительная по времени политическая экспансия Греции во времена Александра Македонского способствовала возникновению многогранного феномена эллинизма. Почему же в одних случаях духовное влияние цивилизации распространяется далеко за ее пределы, а в других – нет? Политические, экономические и военные факторы в исторической жизни чрезвычайно важны, но все ли ими детерминируется в цивилизационном становлении и межцивилизационных контактах?

Ссылка на оригинал статьи:
Халапсис А. В. Глобализация и индивидуализм / Алексей Владиславович Халапсис // Політологічний вісник. — 2007. — Вип. 30. — С. 31—44.
APA Style:
Халапсис, А. В. (2007). Глобализация и индивидуализм. Політологічний вісник, 30, 31—44.

Большинство цивилизаций (за исключением одиночных обществ) находились в состоянии контактов (во времени и в пространстве) между собой, в большей или меньшей степени влияя друг на друга. Нынешняя цивилизационная ситуация формируется под знаком глобализации, которая выводит эти контакты на качественно новый уровень. Глобализация есть, очевидно, процесс объективный, вызванный всей логикой исторического развития. Впрочем, когда речь заходит об объективности тех или иных исторических явлений, порой забывают, что эта объективная логика выстраивается благодаря вполне конкретным, хотя и не обязательно осознанным, действиям субъектов исторического процесса. Эти действия уже post factum объективируются ввиду своей осуществленной наличности, но не задаются изначально в некоей предписанности сценария, а поскольку подлинные действия исторических субъектов (личностей, народов, цивилизаций) имеют своей онтологической основой свободу воли (благодаря ей действия и становятся, собственно, историческими, в этой историчности оказываясь подлинными действиями), объективность социальных актов имеет совершенно иной характер, чем объективность природных процессов, в которых свобода воли не задействована в качестве движущей силы.

Continue reading

Метафизика перед выбором

Классическая метафизика никогда не признавала онтологический характер времени, работая в одном смысловом поле с классической наукой. Обе исходили из допуска, что в своих основах мир стационарен, а наблюдаемые в нем изменения имеют сугубо частный характер, никак не влияя на его базовые характеристики. Позаимствовала ли эту идею метафизика у науки или, что более вероятно, наука у метафизики – не имеет принципиального значения. Важно то, что метафизическому учению о едином, неподвижном и неизменном бытии вполне соответствовал естественнонаучный идеал стационарности мира (Вселенной) и неизменности законов природы.

Continue reading

Метафизика как способ постижения истории

Онтологическая многогранность и многомерность исторического процесса в эпистемологическом плане находит свое выражение в вариативности исторических разысканий, посвященных исследованию тех или иных аспектов бытийствования общества во времени. Поскольку само общество выступает объектом исследования нескольких дисциплин, каждая из которых по-своему интерпретирует его бытие, было бы наивно предполагать, что то же общество, размещенное в сетке исторических координат, окажется более простым и «упакуется» в единый целостный образ, конструируемый и реконструируемый методами одной дисциплины или с помощью одного подхода. Поэтому неудивительно, что постижение истории может осуществляться в разных формах, которые порой оказываются весьма слабо связанными между собой.

Метафизика истории, о которой и пойдет речь, не может, конечно, претендовать на некую завершенность и всеобщность, включать в себя все аспекты и разрабатывать схему или модель «истории-как-таковой». Вопрос следует ставить иначе. Чтобы оправдать свой интерес к историческому процессу, метафизика истории должна определить перспективность и целесообразность проведения соответствующих студий для решения общих задач метафизики. Чтобы оправдать свои претензии на постижение истории, она должна определить эвристические возможности использования метафизического инструментария для этой цели. Иными словами, для утверждения своей предметной области и придания легитимности своему дискурсу, метафизике истории необходимо дать ответ на вопросы: 1) «зачем метафизике интересоваться историей?» и 2) «какую ценность метафизика может иметь для исторического познания?».

Continue reading